Thomas

Это что такое?

trtank

Домашние шлепанцы для патриотов, если кто не понял.

__________________

Thomas

Ноги отрубать по шлёпанцы. Как в Америке скоро будет, трахи на фоне символики.

Русич

А у нас возле "Медного всадника" порнуха снята неоднократно

trtank

[Ссылки могут видеть только зарегистрированные пользователи. ]
Архивы рассекретили много материалов.

__________________

trtank

__________________

trtank

[Ссылки могут видеть только зарегистрированные пользователи. ]

С таким мнением выступило крупнейшее и старейшее информационного агентство республики

Сами французы на такие оценки не решились, нашли в Петербурге специальных людей, которые могут высказать подобное мнение. С 90-х годов в России можно свободно рассуждать про «пили бы баварское». И только в Петербурге-Ленинграде, за такие оценочные суждения можно было получить общественное порицание или в глаз. Но, времена поменялись. Первым для французов выступил Яков Гилинский, переживший блокаду в детстве, он и дал французам «хайповый» заголовок: «Парад, посвященный осаде военного времени, вызывает гнев в Санкт-Петербурге». Дословно, оценка Яковом Гилинским парада: «Возмутительный карнавал» и «я против милитаризма». Историк Даниэль Коцюбинский привычно обвинил во всех бедах Сталина и заявил: «Проведение парада в первую очередь аморально и оскорбляет память погибших». Почему? Как? Историк объяснять не стал. В этой истории интересно другое – зачем такая подборка мнений нужна была французам из авторитетного информационного агентства? Жуткий, неизжитый комплекс вины «жертвы ментального изнасилования».
После «героического сопротивления Франции Третьему рейху», французы могут оценивать Вторую мировую как угодно – клеймо «нации трусов и опущенцев» смыть невозможно. Напомню, как это выглядело в цепи исторических событий. Первый бой французов и немцев состоялся 13 мая 1940 года в Бельгии. 25 мая главком Франции уже заявил правительству, что пора капитулировать. 10 июня Париж был объявлен «открытым городом», а 24 июня Франция сдалась.

Вы думаете это днище? Нет, днище оказалось глубже. В конце лета 1941 года был создан «Легион французских добровольцев против большевизма», надо полагать, в награду за контратаки Первой мировой, когда русских солдатиков клали сотнями тысяч, чтобы оттянуть силы немцев от Франции. Немцы назвали «Французский Легион» - «638 пехотный полк вермахта». Это было единственное иностранное военное соединение, наступавшее на Москву. Наступало оно недолго, с ноября по декабрь, после чего было полностью разбито в окрестностях Смоленска, остатки морально разложились и были убраны с Восточного фронта в Белоруссию – «для борьбы с партизанами». Ну, все мы знаем, как выглядела эта «борьба» на практике, кого бороли и кого жгли. И самое гнусное в этой истории (мы уже достигли дна) – до 1944 года «легионеров» из 638 пехотного и вообще французских добровольцев в Третьем рейхе, было на порядок больше чем участников дутого и сознательно распиаренного Западом «Сопротивления».

А что было у нас? В начале 90-х годов, я, еще молоденький журналист, подступил к одному старому, ныне покойному поисковику, с вопросом – «Что вы находили самое страшное? Что вас потрясло?». Поисковик этот работал в одном из первых отрядов «красных следопытов» как раз по линии обороны блокадного Ленинграда – Мга, Синявино, «Невский пятачок», Колпино. Он крепко задумался, возможно, в эти секунды вспоминал воронки набитые до краев погибшими солдатами, скудную невскую землю, мягкую и упругую от десятков слоев шинельного сукна… А потом сказал:

- Скелет санитарки и девичью косу, русую, толщиной в руку. У нее был лак для ногтей в санитарной сумке и ярко-красные туфельки в сумке противогазной...

После тягостного молчания, поисковик поправился:

- Нет. Была еще страшнее находка. Винтовочный подсумок нашли на погибшем бойце, с патронами. Заметили, что дульца у гильз расшатанные – думали там записка с данными солдата. Внутри, в гильзах, вместо пороха были окаменевшие хлебные крошки. В 41-году на Ленинградском фронте снабжали очень плохо, но все-таки, на передовой бойцы от голода умирали редко. Иногда их отпускали домой, проведать близких, но строго запрещалось вывозить с фронта хоть какие-то продукты – потому что солдаты, у которых в Ленинграде остались близкие - они тогда просто бы не ели, зная, что в 30 километрах у них родные от голода умирают. Бойцов досматривали перед увольнительными, все вещи перетряхивали – мне рассказывали. И этот солдат собирал хлебные крошки и прятал их в патроны. Не знаю, кто у него был в Ленинграде: мать, жена с ребенком. Выжили? Не знаю. И солдата не удалось опознать.

Возможно, меня осудят за то что я «распиарил» скотский репортаж «Франс-пресс». Думаю, нам полезно узнать, что самая комплиментарная России европейская нация воспринимает память о нашей величайшей трагедии, как «возмутительный карнавал» - чтобы своя трусость так не бросалась в глаза. Чтобы было хоть какое-то логичное объяснение – почему французы капитулировали, а русские – нет? Почему один прекрасный город позорно сдали врагам, а второй, не менее красивый, обороняли до конца и победили?

В итоге, мы в очередной раз избавляемся от иллюзий про «общую европейскую культуру», «общие ценности» и надежд на какую-то «дружбу». Они - иные, и обижаться на французов нет смысла – мы же не обижаемся на клопов или комаров, которые нас кусают?

__________________

ShahID

Да, я тоже много читал сегодня об этом. Всякая гнида ещё и указывает, что нам праздновать.
Пора видно нашим танкам на ещё одну экскурсию в Берлин

__________________

trtank

[Ссылки могут видеть только зарегистрированные пользователи. ]



Пока патруль его арестовывал собралась толпа зевак, в которой затесался знаменитый советский химик-органик, ученик великого Фаворского, Александр Дмитриевич Петров. Из пробитых баков самолета стекало топливо и профессор заинтересовался, на чем летают самолёты люфтваффе. Петров подставил под струю пустую бутылку и с полученной пробой в лаборатории поставил ряд опытов в своей лаборатории в опустевших корпусах Ленинградского Краснознамённого химико-технологического института, персонал которого к тому времени был уже эвакуирован в Казань, в то время как Петров был оставлен следить за ещё не вывезенным имуществом.

В ходе исследований Петров обнаружил, что температура замерзания трофейного авиационного бензина была минус 14ºC, против минус 60ºC у нашего. Вот почему, понял он, немецкие самолёты не забираются на большие высоты. А как же они будут взлететь, когда температура воздуха в ленинградской области опустится ниже минус пятнадцати?

Химик оказался настырным и добился аудиенции у заместителя командующего ВВС Северо-Западного фронта. И так сразу с порога в лоб сообщил тому, что знает способ уничтожения всех вражеских флюгцойгов. У генерала возникли некоторого рода опасения, хотел даже людей в белых халатах вызвать. Но выслушав человека науки, он проявил к полученной информации интерес. Для полноты картины химику доставили образцы с аналогично приземленного Ю-87, потом еще разведчики из-за фронта притащили с аэродромов. В общих чертах результаты совпадали. Тут уж военные в обстановке строй секретности приготовили немцам уберрашунг и как рыбаки стали ждать с моря погоды. Все начальники, кто были в курсе дела, по несколько раз на дню задавались вопросом: «Вы не подскажете сколько сейчас градусов ниже нуля?» Ждали, ждали и наконец дождались: 30 октября на стол в штабе ВВС фронта легли дешифрованные воздушные фотоснимки аэродромов в Гатчине и Сиверской.

Разведчики только в Сиверской обнаружили 40 Ю-88, 31 истребитель и четыре транспортных самолета. Утром 6 ноября в воздух поднялся 125-й бомбардировочный авиаполк майора Сандалова. С высоты 2550 метров наши Пе-2 обрушились на вражеские флюгплацы. Штурман ведущего бомбардировщика капитан В.Н.Михайлов сбросил бомбы точно на самолетную стоянку противника. Вражеские зенитчики свирепствовали, но ни одного истребителя в воздух немцы поднять не могли – мороз был ниже двадцати градусов. Через 15 минут Пешки сменила шестерка штурмовиков 174 шап, ведомая старшим лейтенантом Смышляевым. В это же время группа из девяти И-153 подавляла зенитную артиллерию, а затем пулеметным огнем обстреляла стоянки вражеских самолетов. Через два с половиной часа семерка бомбардировщиков 125 бап, ведомая капитаном Резвых, нанесла второй удар по аэродрому. Всего в налёте участвовало 14 бомбардировщиков, 6 штурмовиков и 33 истребителя.

За этим налётом последовали налёты и на другие аэродромы, в результате которых с немецкий 1-й воздушный флот генерал-полковника Альфреда Келлера понёс существенные потери и на некоторое время фактически потерял боеспособность. Конечно, немцы вскоре доставили своим авиаторам более качественный авиационный бензин, который выдерживал хотя и не 60-градусный мороз, но позволял запускать авиамоторы при минус 20 градусах. Однако способность наносить массированные бомбовые удары по Ленинграду флот восстановил лишь к апрелю 1942 года. Петров вскоре был эвакуирован в Москву, а в 1947 году возглавил там лабораторию института органической химии АН СССР. Дожил он до 1964 года.

__________________

trtank

__________________